В Госдуме опубликовали поправки к закону о реновации жилья

Новая редакция документа направлена на усиление защиты прав граждан

В Госдуме опубликовали поправки к закону о реновации жильяФОТО: Игорь Самохвалов

В частности, жители переселяемых пятиэтажек по желанию смогут исключить свой дом из перечня сносимых, также уточнено, какое жильё для переселенцев будет считаться равнозначным.

Поправки согласованы представителями всех четырёх фракций и будут рассмотрены во втором чтении законопроекта, которое намечено на 9 июня.

Читайте по теме

Правительство подготовило поправки к законопроекту о реновации в Москве

По словам одного из авторов поправок, депутата от ЛДПР Александра Старовойтова, изменённая версия законопроекта даёт возможность гражданам реализовать свои права в полном объёме.

«В первоначальном варианте документа жители хрущёвок могли уповать только на волю и решения московских властей, — пояснил он «Парламентской газете». — Мы также должны понимать, что законопроект необходимо проецировать не только на Москву, но и на всю страну, поэтому нужно учитывать буквально все нюансы».

В частности, уточняется, что граждане, чьё жильё попало под снос, могут получить взамен своей квартиры либо равнозначную квартиру, либо равноценную денежную компенсацию.

Как рассказал Александр Старовойтов, из-за размытости терминов реновации, возникло множество споров при рассмотрении законопроекта в первом чтении.

Если сначала равнозначным считалось жильё соответствующего метража и количества комнат, то теперь оговаривается, что оно должно быть с отделкой, водопроводом, отоплением, газо – и электроснабжением, ванной и душем.

Другая поправка предусматривает автоматический переход залога при ипотеке со старой квартиры на новую, предоставляемую по программе городом. При этом условия договора ипотеки не изменяются, платить пошлину за госрегистрацию предмета залога заново не надо.

После включения многоквартирного дома в программу реновации и до дня принятия решения о его сносе собственники и наниматели квартир вправе отказаться от переезда. Для этого потребуется не менее одной трети голосов плюс один голос от общего числа жителей дома.

При этом за жителями сохраняется право передумать и распрощаться с хрущёвкой. Правда, не ранее чем через пять лет после исключения дома из программы реновации. Причём проголосовать за новый вариант решения нужно будет не менее чем двум третям собственников и нанимателей помещений.

Документом также оговаривается, что собственники не могут быть выселены из своих квартир до предоставления им нового жилого помещения либо получения денежной компенсации.

Поправки в федеральный закон о реновации гарантируют права москвичей

Этот документ уже прошел первое чтение в Государственной Думе. Потом в течение месяца депутаты, многочисленные эксперты, представители общественных организаций готовили поправки ко второму чтению. Ориентировочно его планируют провести в начале июня. Депутаты постоянно встречаются с жителями Москвы, а также работают с обращениями горожан.

12 основных положений закона о реновации

Срок подписания договора не ограничивается.

Закон о реновации — поправки и принятие нового документа

Летом текущего года в Москве Госдумой в третьем чтении был принят закон о реновации устаревшего жилфонда. Лишь два парламентария высказались против, один депутат воздержался. Все остальные голосующие посчитали данный законопроект целесообразным и своевременным.

Некоторое время назад проект федерального закона был возвращен на доработку, поскольку текст документа не позволял обеспечить всем гражданам соблюдение их конституционных прав. В результате документ был пересмотрен, в него внесли коррективы, и он успешно прошел через процедуру голосования. Рассмотрим новый закон подробнее и постараемся выделить наиболее значимые или существенные моменты.

Оглавление

Какие поправки были внесены к основному чтению документа?

По имеющейся информации, к данному моменту в законопроект было внесено более 130 поправок от лица депутатов и представителей Правительства ПФ. Практически каждая из корректив была обсуждена и принята. Дополнительно были разработаны и приняты другие изменения, предложенные не первом слушании текста законопроекта.

По заявлению председателя Госдумы В. Володина, закон о реновации в сегодняшнем состоянии полностью удовлетворяет действующим законодательным положениями и позволяет соблюсти права жителей и владельцев недвижимости в «хрущевках». Как подчеркнул спикер, срок внесения постройки в перечень участников был соотнесен с его техсостоянием.

К примеру, если постройка очень старая, а степень износа значительная, то следует не откладывая включить его в программу расселения, поскольку жители особенно нуждаются в благоустроенных условиях проживания. Если дом еще находится в нормальном состоянии и подходит для жизни, то очередность на снос его стоит только спустя 10-15 лет.

В законе также появилась норма, исключающая включение в проект дома без проведения предварительных мероприятий, в том числе беседы с самими жильцами. Представитель Совфеда также одобрил данный закон, отметив, что это позволит сделать шаг вперед по благоустройству столичного региона.

Какие гарантии получают собственники квартир?

В рамках закона граждане, которые проживают в коммунальных квартирах, могут получить отдельное жилье после того, как их дом будет включен в проект и начнется расселение жильцов. Порядок включения старых построек в очередь напрямую зависит от уровня их изношенности, технического состояния и наличия деформации.

Владельцы нежилых помещений, которые будут изъяты при сносе, также смогут получить возмещение в виде разовой денежной выплаты или предоставления другой площади. По закону также предусмотрена норма, согласно которой включение построек в программу будет приостановлено до того момента, как законопроект подпишет Президент страны.

Основные моменты законодательного акта

Новый закон дает четкое и понятное всем определение слова «реновация». Под данным термином следует понимать ряд действий для улучшения условия жизни москвичей, для предупреждения аварийно опасной ситуации и для развития микрорайонов, предназначенных для проживания. Помимо указанных моментов, целью данного мероприятия является создания благоприятных условий для жизни и работы населения.

В законе были уточнены параметры строений, которые получат возможность попасть в программу. Речь идет большей частью о домах, имеющих не более 9 этажей и возведенных по стандартным проектам 1957-1968 годов. Собственники жилья смогут выбрать либо такое же по площади жилище либо денежную выплату.

Новая жилплощадь будет находиться там же, кроме нескольких АО. Здесь жилье будет предоставлять в пределах округа, а не микрорайона. За отдельную плату и по желанию владельцы смогут получить жилплощадь больше имеющейся. Для этой цели может использоваться МК.

Дополнительно следует сказать, что жильцы строения, включенного в перечень, не будут уплачивать взносы на проведение капитального ремонта после вынесения соответствующего решения. Пока гражданам не будет предоставлена новая жилплощадь или не выплачена положенная сумма, они могут оставаться в старом жилище.

Некоторые поправки коснулись и граждан, купивших квартиры в строениях, включенных в перечень для сноса, в ипотеку. Для таких людей сумма долга будет переведена на новое жилье в рамках программы реновации.

По закону, не позже 90 дней с момента внесения дома в список и до момента подписания соответствующих договоров собственники квартир могут на общем собрании путем голосования исключить дом из проекта. Для этого требуется собрать более трети от общего числа голосов всех собственников.

Не смогут принять участие в программе постройки, которые принадлежат к группе аварийного или ветхого жилья, поскольку расселение граждан из таких домов осуществляется в рамках другого госпроекта.

Заключение

Закон о реновации – это новый проект столичного региона, который предполагает осуществить снос старых домов и предоставить собственникам и жильцам новые квартиры. Текст документа был несколько раз пересмотрен, и на сегодняшний день действует тот вариант, в котором учтены все сделанные замечания и защищены права владельцев жилплощадей в таких постройках. Документ начнет действовать только после того, как его подпишет Президент государства.

СПЧ предлагает отложить принятие закона о реновации

Совет по правам человека (СПЧ) при президенте предложил перенести принятие законопроекта о реновации как минимум на полгода, чтобы не усиливать социальную напряженность в преддверии президентских выборов. Об этом говорится в экспертном заключении президиума СПЧ на законопроект. Правозащитники отмечают, что в целом идею законопроекта поддерживают, но только если он будет реализован за счет внебюджетных средств и распространится на все регионы, где есть аварийное и предаварийное жилье. Город, не выполнив социальные обязательства в отношении очередников и жителей не пригодных для проживания домов, выделяет деньги на реновацию, что является «социальной безответственностью», говорится в заключении.

В документе перечислены и другие претензии. Под снос идут дома при отсутствии объективных оснований; необоснованно используется только один способ реновации – снос; процедура голосования не регламентирована и нарушает право частной собственности и неприкосновенность жилища. К тому же условия, в которых будут жить переселенцы, и гарантии получения жилья только начали обсуждаться, подчеркивает СПЧ. Кроме того, документ содержит положения, позволяющие не соблюдать требования технических регламентов, что негативно отразится на безопасности, не ясно также, кто будет нести ответственность перед гражданами в случае неисполнения фондом содействия реновации своих обязательств.

Не только снос

В СПЧ обратились более 30 инициативных групп жителей, готовых провести реконструкцию своих домов, например надстройку этажей. Поэтому СПЧ предлагает создать в Москве штаб по разработке и реализации программы реконструкции жилищного фонда.

Перед вторым чтением, которое пройдет в пятницу, законопроект был существенно переработан – учтено 90% из 144 поправок, поступивших в комитет Госдумы по строительству, сообщил во вторник его председатель Евгений Москвичев. А мэр Москвы Сергей Собянин заявил, что 88% проголосовавших жителей пятиэтажек поддержали участие их домов в программе.

СПЧ решил дать заключение именно ко второму чтению, поскольку проект и так многие критиковали (например, президентский Совет по кодификации законодательства), но в СПЧ хотели дождаться поправок, поясняет зампред СПЧ Евгений Бобров. По его словам, реновацию члены СПЧ дважды обсуждали с первым замруководителя администрации президента Сергеем Кириенко и тот говорил, что риски законопроекта могут быть сняты поправками правительства и депутатов. Поэтому СПЧ в своем заключении проанализировал и правительственные поправки, говорит Бобров: «Проблемы закона пытаются камуфлировать, например относя решение некоторых вопросов к компетенции Москвы либо устанавливая странное правовое регулирование. Мы предложили проработать закон тщательнее, ведь сейчас даже голосование нелегитимно – все-таки сначала надо установить правила, а потом по ним играть».

Пока проигравших от закона нет, он изменен до неузнаваемости и теперь все могут сделать вид, что это их заслуга, что законопроект «стал почти хорошим», считает политолог Михаил Виноградов: «Если будет отсутствовать политический консенсус или появится желание подергать за усы московскую мэрию – например, в случае новой волны общественного негатива, – то заключение СПЧ наряду с другими замечаниями можно использовать, чтобы оттянуть программу и показать, что у мэрии нет контрольного пакета по принятию подобных решений. А если политически вопрос будет продавлен, то претензий не заметят».

Хрущевки пошли на поправки

Правительство Москвы внесло в Мосгордуму проект городского закона о дополнительных гарантиях для жителей сносимых хрущевок. Он выглядит мягче по сравнению с федеральным законопроектом, который Дума уже одобрила в первом чтении. Поскольку законопроект на Охотном Ряду еще не прошел второе чтение, юридический статус новой инициативы мэрии неясен. Но это может быть ходом в политическом соревновании Вячеслава Володина с Сергеем Собяниным. Конфликт вокруг сноса разрастается, а его противники на митинге уже требовали отставки мэра.

Что нового в законе

Проект закона города Москвы «О дополнительных гарантиях жилищных и имущественных прав физических и юридических лиц при осуществлении реновации жилищного фонда в городе Москве» Мосгордума должна рассмотреть в среду, 17 мая. Документ был внесен в субботу, накануне массового митинга против сноса.

Читайте также

Митинг на Сахарова. Москвичи — о том, почему они против реновации. Видео

Документ мэрии под редакцией главы Комитета по архитектуре и градостроительству Москвы Юлии Княжевской затрагивает часть наиболее конфликтных вопросов. Главное — мэрия вносит возможность отказаться от вхождения в программу реновации на любом этапе «до дня заключения первого договора, предусматривающего возникновение права собственности на предоставляемое жилое помещение» (взамен сносимого). Для этого жителям дома нужно будет провести общее собрание.

2 мая мэрия опубликовала порядок голосования по участию в программе реновации: жители домов, которые вошли в предварительный перечень на снос, должны проголосовать на сайте «Активный гражданин» или в МФЦ либо же сами провести общее собрание собственников. Решение принимается большинством в две трети голосов, не голосовавшие считаются проголосовавшими «за». Дома, которых нет в предварительном списке, могут войти в программу, если жители проголосуют за это на собрании. Москвичи, которые живут в своих квартирах по договорам социального найма, смогут голосовать как представители интересов города, владеющего квартирами. В нынешнем проекте мэрии вводится возможность получения равноценного (равного по стоимости), а не равнозначного (равного по метрам) жилья взамен сносимого, а также денежной компенсации.

Впервые появляется норма о возмещении потерь и владельцам нежилых помещений — до этого судьба небольших магазинов, кафе и офисов на первых этажах сносимых домов вообще не рассматривалась — им полагается денежная компенсация или равноценное помещение. Дополнительно уточняется, что владельцев квартир будут переселять «преимущественно в границах квартала», где стоял сносимый дом (исключение — Зеленоград и Новая Москва). Ветеранам, малоимущим пенсионерам и инвалидам помогут с переездом. Очередникам дадут выбор: улучшить жилищные условия либо переехать в такую же квартиру и остаться в очереди.

Политические оценки

Изначально выполняя поручение Владимира Путина, мэрия недостаточно продумала свои действия, в результате Сергей Собянин столкнулся с волной протеста и проиграл очередной раунд аппаратной игры Вячеславу Володину, считает глава фракции КПРФ в Мосгордуме Андрей Клычков: «У Собянина забрали бразды правления реновацией, и он пытается вернуть [контроль] на уровень Москвы, в свое управляемое русло. Они же не ожидали, что будет такое недовольство жителей. Теперь принятие законопроекта мэрии ухудшит отношения между Собяниным и Володиным».

Напомним, Госдума перенесла принятие закона о реновации, уже прошедшего первое чтение, именно по инициативе спикера. Оппозиционные фракции подготовили многочисленные поправки. Власть не может не замечать протестов против реновации и одновременно вынуждена учитывать поправки, которые в Думу вносят партии парламентской оппозиции, считает Клычков, но замечает, что довольно странно принимать закон Москвы, увязанный с федеральным, пока федеральный еще не готов: «А если после заявленного Володиным обсуждения будет принята норма, которая будет противоречить московскому закону, мы будем его править?»

Читайте также

Митинги ЗА и ПРОТИВ сноса пятиэтажек прошли в Москве. Фоторепортаж

По словам Клычкова, на уровне Госдумы некоторые поправки коммунистов уже согласованы, например, отмена немедленного вступления в силу решения суда первой инстанции о выселении: «Пока еще окончательной версии нет, поскольку Володин отложил ускоренное принятие законопроекта. Уличный протест со столь конкретно внесенными предложениями заставил власть идти по этому пути». Решение о том, поддерживать проект мэрии или нет, во фракции пока не приняли. Ранее московские депутаты дали положительный отзыв на федеральный законопроект, который поддержала и немногочисленная фракция КПРФ, хотя коммунисты критиковали закон. Против проголосовала только Елена Шувалова.

Шувалова, одна из организаторов воскресного митинга против реновации, считает, что сама по себе ситуация, когда людям сверху предлагают снести их дом, неправильная: «С какой стати люди должны тратить свою жизнь на какие-то собрания, на какие-то голосования? Живет человек в своем доме, а к нему приходят и говорят, что дом будут сносить».

Что еще обещает мэр

28 апреля на странице Сергея Собянина в сети «ВКонтакте» появилось сообщение о том, что мэрия готовит поправки в закон: возможность равноценной компенсации, возможность отказа от участия в программе при помощи собрания дома и другие, — все они вошли в новый законопроект мэрии, кроме обещанного пункта о замене предмета ипотеки (старой квартиры на новую) с сохранением условий старого договора и без дополнительных обязательств. Насчет ипотечников по-прежнему ясности нет.

12 мая на странице мэра появилось сообщение, что после встречи с представителями Общественной палаты Москвы было решено учесть их предложения о равноценном возмещении, возможности выхода из программы на любой стадии и дополнительных правах на судебную защиту. Последний пункт в новом законопроекте реализован не был: на странице мэра обещалось, что «жителям предоставляется право обжаловать как само решение о реновации, так и равноценность предоставляемого возмещения в денежной или натуральной форме, а также равнозначность предоставляемого жилого помещения», но в субботнем документе вопрос судебного обжалования не рассматривается.

Напомним, что федеральный законопроект предполагает, что жители дома, который решено снести, могут обжаловать только метраж новой квартиры, что существенно ограничивает их право на судебную защиту.

14 мая от имени Собянина появилось новое обещание: «Внимательно отнесемся ко всем содержательным заявлениям, прозвучавшим на митингах в Москве по программе реновации, в том числе противников программы. В ходе работы над проектом мнения москвичей будут максимально учтены».

Анна Байдакова. «Новая»

От редакции

Программа реновации, которая изначально задумывалась как предвыборный подарок москвичам (которым в следующем году предстоит голосовать и за будущего президента страны, и за будущего мэра города), продвигается с таким скрипом, потому что так у нас устроена политическая реальность. Ни в федеральном, ни тем более в городском парламенте нет квалифицированной оппозиции, способной дать политическую и юридическую оценку законопроекту. Сам он явно был внесен в сыром виде и в режиме спецоперации, между строк видны следы работы лоббистских групп.

Диалог с гражданами, если не считать таковыми специально отобранных для встреч с руководством города пенсионеров, отсутствует, и это особенно странно, учитывая, что социальная и электоральная поддержка у инициативы на самом деле есть. На этом фоне противники законопроекта естественным образом переходят ко все более радикальным требованиям: от правки закона — к его полной отмене, а теперь и к отставке мэра.

Тверская, 13, реакцию москвичей видит — это можно понять хотя бы по содержанию закона, внесенного в Мосгордуму. Он учитывает почти все содержательные требования протестующих. Но в публичном пространстве диалог по-прежнему исключен: городские медиа предельно дозированно освещают протесты, зато рапортуют о десятках тысяч москвичей, которые голосуют за реновацию. И среди них нет ни одного, кто проголосовал против. Стоит ли удивляться, что противники законопроекта идут не в МФЦ, а на митинги?

Госдума приняла инициативу о сносе домов в Москве

Госдума приняла в третьем, окончательном чтении закон о реновации в Москве. Документ позволяет вносить в программу сноса дома высотой до девяти этажей, если за это проголосовали две трети жильцов. Переселенцам полагается равнозначное, равноценное жилье в том же районе или денежная компенсация на выбор. Хотя закон был переработан, это не убедило часть жителей и экспертов. Утром перед стенами Госдумы прошла акция противников реновации — часть из них были задержаны. Ранее в президентском совете по правам человека заявили, что его реализация все равно приведет к «градостроительному и транспортному коллапсу», а юристы указывают на неконституционность предложенных подходов к вопросам частной собственности.

За принятие закона о реновации проголосовали 399 депутатов, двое выступили против, один — воздержался. Перед началом голосования спикер Госдумы Вячеслав Володин подчеркнул, что к третьему чтению права граждан оказались «защищены очень эффективно».

Фракции парламентской оппозиции единогласно призвали вслед за Москвой распространить действие реновации на всю Россию. Коммунист Алексей Русских рассказал, что, по подсчетам КПРФ, для реновации на территории всей страны в бюджете должно быть заложено 600 млрд руб. «Это великое переселение! Москвичи должны быть счастливы: новая квартира, бесплатно, с улучшенной планировкой, в новом доме. Есть москвичи, которые боятся. Пройдет 5–10–15 лет. Захотят. Другой мэр и другой президент будет! Денег, может, уже не будет!» — заявил лидер ЛДПР Владимир Жириновский. Лидер «Справедливой России» Сергей Миронов напомнил, что с первого чтения закон претерпел существенные изменения и фракции поддержали его лишь с учетом поправок, хотя приняты они были в итоге не все. Например, появилась норма, что вступить в программу реновации можно лишь до того момента, когда закон вступит в силу, то есть будет подписан президентом. Господин Миронов призвал дать гражданам еще месяц, однако инициатива поддержана не была.

Рассмотрению законопроекта в третьем чтении предшествовал уже традиционный пикет противников и сторонников реновации у здания Госдумы. В этот раз, впрочем, противников сноса домов было куда меньше, чем 9 июня, когда документ принимали во втором чтении. Однако полиция все равно задержала нескольких активистов, включая лидера московского «Яблока» Сергея Митрохина. Некоторые задержания проходили по следующей схеме: к противнику реновации подходила женщина с транспарантом за снос домов, после чего первого задерживали за нарушение правил проведения одиночного пикета, а с женщиной проводили разъяснительную беседу. Противники реновации периодически выкрикивали «Позор!» и обвиняли своих оппонентов в «проплаченности», те в ответ объясняли им «жизненную необходимость реновации». Бухгалтер Ольга Литвинова пожаловалась “Ъ”, что вложила 2 млн руб. в ремонт квартиры на Ставропольской улице, но теперь на нее нападают пожилые соседки, «угрожая облить кислотой». Пенсионерку Марию Ефимову не устраивает, «что перед окнами вырастет многоэтажная “дура”».

Корреспондент “Ъ FM” Полина Смертина из Госдумы: «У другого входа в Госдуму — со стороны Георгиевского переулка — тоже были люди, которые проводили пикеты. Но это люди с другой точкой зрения: они считают, что реновация — это прекрасная программа, ее нужно всячески поддерживать. А вот люди «со стороны Охотного ряда» считают, что закон антиконституционный, что он противоречит Жилищному кодексу, что нельзя было принимать его. Хотя, повторюсь, лидеры думских фракций считают, что закон соответствует всем нормам Конституции и других законов, что все права граждан учтены по всем пунктам. Однако противники программы говорят, что будут протестовать и дальше. Ведь далее документ будет рассматривать Совет федерации». Читайте подробнее

Напомним, что принятый Госдумой закон позволяет сносить дома высотой до девяти этажей, типовые проекты которых разработаны в 1957–1968 годах. Дом может быть внесен в программу реновации с одобрения двух третей голосов жителей. Переселенцам полагается равнозначное или равноценное жилье в том же районе (в Зеленограде и Новой Москве его выделят в границах округа) или денежная компенсация за старую квартиру. Размер компенсации устанавливается согласно п. 7 ст. 32 Жилищного кодекса РФ, где говорится о «рыночной стоимости» жилья и компенсации «всех убытков», связанных с изъятием квартиры, включая «изменение места проживания». Депутат Алексей Русских объяснил, что денежную компенсацию нельзя будет получить, в случае, если у собственников есть несовершеннолетние дети. «Таким образом, мы гарантируем, что несовершеннолетние не останутся на улицах»,— сказал он.

Жилье может быть увеличено с доплатой, в том числе за счет материнского капитала. Переселенцам предлагается оформлять договоры мены жилья с указанием кадастрового номера новой квартиры. При этом ипотечный залог будет переоформлен на новое жилье одновременно с регистрацией перехода прав собственности. Через 90 дней после получения договора, если гражданин не заключил его, власти могут обратиться в суд с иском о принудительном выселении. До 15 июня власти проводят опрос жителей 4,5 тыс. домов о желании пойти под снос.

Законопроект был доработан ко второму чтению. Так, в его первой редакции у властей были права сносить пятиэтажки и «конструктивно аналогичные» дома кварталами, отступать в проектах от пожарных и санитарных требований, а граждане могли оспаривать в судах лишь размер новых квартир, но не законность сноса домов. Кроме того, по документу предполагалось незамедлительное исполнение судебных решений о принудительном выселении из пятиэтажек. Однако уже ко второму чтению Москва лишилась всех судебных и многих других преференций, например, возможности отступать от противопожарных нормативов при строительстве новых домов.

Константин Савин из адвокатской компании «Павлова и партнеры» считает, что закон все равно остался неконституционным из-за попыток перенести схему решения судьбы общего имущества в доме на частную собственность. По его мнению, «логика решения большинством голосов за меньшинство тут недопустима». Кроме того, в президентском совете по правам человека (СПЧ) заявляли, что реализация закона о реновации может привести к «градостроительному и транспортному коллапсу». Правозащитники поясняли, что документ позволяет сносить любые дома «без объективных оснований» и нарушает право частной собственности граждан, поэтому его принятие надо отложить минимум на полгода (см. “Ъ” от 9 июня ).

Закон об отмене законов

Почему закон о реновации в Москве касается не только жителей российской столицы?

Марьяна Торочешникова: В начале июля президент Владимир Путин подписал документ, известный как закон о реновации жилья в Москве. которая предполагает снос около четырех с половиной тысяч домов и переселение жителей в новостройки. Этот закон взбудоражил москвичей. Противники реновации вышли на многотысячный митинг, собрали десятки тысяч подписей против принятия закона и даже обращались в суд, но тщетно. Закон подписан президентом, и теперь собственники квартир и нежилых помещений в многоквартирных домах Москвы, не желающие переезжать куда-то по прихоти властей, могут рассчитывать разве что на счастливый случай или принципиальную позицию судов (если, конечно, те встанут на сторону собственников). Реновация в Москве – чего ждать от этого закона, и почему он касается не только жителей российской столицы?

Закон о реновации взбудоражил москвичей

Специальный корреспондент Радио Свобода Мумин Шакиров встретился с жительницами пятиэтажной "сталинки" на Тульской улице в Москве. Художница Анна Чарина живет на первом этаже вместе с мужем и дочерью – она категорически против реновации. На пятом этаже в коммунальной квартире того же дома живет одинокая пенсионерка Любовь Сарычева – она за снос дома, при условии, что ей дадут отдельную квартиру.

Анна Чарина: Мы находимся в моей квартире, она же – мастерская. Я, как профессор Преображенский, живу и работаю здесь, и это для меня принципиальный момент, потому что я не представляю, как можно было бы работать в многоэтажке, при потолках, например, 2.50. Если переезжать, то для меня это катастрофа, потому что все это надо перевозить, и это очень тяжело.

Любовь Сарычева: Вот это пустая комната – 14.75, вот эта комната – 23 метра, с балконами, эти комнаты с балконами. Моя комната с нишей. Дом 1931 года, сталинский, он здесь считался самым хорошим домом. А потом не стали делать ремонт, передали нашему Даниловскому муниципалитету. Приходили двое жильцов, сказали: будем делать ремонт под себя. Раньше все было прекрасно, а сейчас – видите, как. Потолки все безобразные!

Если переезжать, то для меня это катастрофа

Анна Чарина: Вот мы голосуем за то, чтобы дом снести, а куда мы поедем – про это ничего не говорят, нет даже никаких наметок. «Куда-нибудь поедете, расселяем в пределах района». А куда?

Любовь Сарычева: Мы за то, чтобы получить нормальные квартиры в этом районе. Сколько можно жить в коммуналке?

Анна Чарина: Если у правительства Москвы есть программа расселения коммуналок, то пускай оно расселяет коммуналки. Но почему заложниками должны становиться люди, которые купили эти квартиры? Вы поймите, наши интересы тоже есть, не только их.

Марьяна Торочешникова: Вот что сейчас происходит с очень многими москвичами, которые выяснили, что их дома собираются сносить. Практически в каждом доме есть кто-то, кто хочет, чтобы дом снесли, и находится куча жильцов, которые не хотят никаких реноваций и переездов. Можно ли говорить о том, что из-за мнения одного человека, который хочет куда-то уехать, могут пострадать и все остальные собственники в этих домах?

Александра Андреева: К сожалению, да. И это одна из очень плохих вещей, которые сделал Собянин этим законом о реновации: он натравил соседей друг на друга. Ведь когда человек говорит "я за снос", надо понимать, что он на самом деле не за снос, а за переезд, а что будет с его домом после переезда, его не интересует. Если правительство Москвы хочет тем или иным образом улучшать условия жизни людей, переселяя их из жилья похуже в жилье получше, так кто же ему мешает? Пускай себе переселяет, не трогая при этом дом.

Речь идет не об улучшении жизни людей, а о захвате дорогой московской земли под застройку

Как мы прекрасно понимаем, в законе о реновации речь идет не об улучшении жизни людей, это совершенно не волнует ни правительство Москвы, ни федеральных депутатов, ни Путина. Речь идет о захвате дорогой московской земли под застройку.

Марьяна Торочешникова: Неужели этот закон принят таким образом, что собственник квартиры или нежилого помещения в конкретном доме оказывается совершенно не защищен? Как при первом рассмотрении закона в Госдуме было нарушение права собственности, установленного в Конституции, так оно и будет нарушаться этим законом, и здесь нет никаких гарантий ни для кого?

Станислав Станкевич: Если называть вещи своими именами, то речь идет о том, что у нас государство ополчилось на конкретную категорию своих граждан – собственников, и предлагает с помощью так называемой коммунальной демократии – большинство, меньшинство – решать вопросы распоряжения чужим имуществом.

Если государство называет себя правовым, то оно не вправе лезть в частную жизнь, в частную собственность. Если государство ведет себя так, то следующим шагом может быть, допустим, принятие такого закона, который позволял бы совету дома заниматься устройством личной жизни граждан. Вот эта супруга товарища с пятого этажа нам не нравится, она не здоровается, давайте назначим ему другую, в соседнем подъезде растет хорошая девушка. Давайте тогда и это ставить на голосование. Как частная жизнь, так и частная собственность – это то, во что государство не имеет права вмешиваться, разумеется, кроме каких-то уже совсем крайних ситуаций.

Станислав Станкевич

Марьяна Торочешникова. Но оно уже вмешалось! И этот закон уже приняли. Насколько я понимаю, многих людей, не имеющих собственности в Москве, жутко раздражают все эти бесконечные разговоры, в том числе и по федеральным каналам, обсуждения в социальных сетях и в интернет-изданиях закона о реновации Москвы. Алина, каким боком этот закон о реновации в Москве касается людей, живущих в других местах?

Алина Енгалычева: У нас очень многие граждане не хотят и не любят читать первоисточники. Обратившись к самому закону, мы увидим: то, что принято, безусловно, будет в части своих положений действовать на всей территории Российской Федерации, и не в лучшем виде. Это прямая угроза. Например, в предыдущей редакции, когда еще не были внесены поправки, было предложено в закон о статусе столицы внести определенные положения, касающиеся только Москвы, которые позволяли бы пересматривать обязательные на сегодняшний день санитарные нормы, нормы пожарной и прочей безопасности проживания в городе.

Марьяна Торочешникова: Иными словами, есть какие-то нормы, по которым недопустимо строить здания на расстоянии менее скольких-то метров друг от друга, а теперь это можно.

У нас очень многие граждане не хотят и не любят читать первоисточники

Алина Енгалычева: Что было сделано после того, как этот законопроект подвергся резкой критике? Этим же принятым 1 июля законом вносятся изменения не только в закон о статусе столицы, но и в профильные федеральные законы, которые как раз и регулируют соблюдение этих обязательных норм и распространяются на всю территорию страны.

Марьяна Торочешникова: То есть завтра жители, например, Новосибирска могут не удивляться, если проснутся утром и увидят, что у них во дворе вместо детской площадки строят девятиэтажку.

Александра Андреева: Или 25-этажку.

Алина Енгалычева: В эти профильные законы введен специальный термин, который не раскрыт, и он никак не коррелирует с термином "реновация". Он звучит так: "условия стесненной городской застройки". Вот именно в условиях стесненной городской застройки допускается отступление от обязательных на сегодняшний день норм санитарной и пожарной безопасности на всей территории страны.

Марьяна Торочешникова: То есть Россия рискует обзавестись собственными фавелами в крупных городах, где земля подороже.

Алина Енгалычева: Я хочу сказать пару слов о сюжете, который мы увидели в начале. Там абсолютно характерная ситуация: две квартиры в одном и том же доме, и посмотрите, насколько одна квартира приведена в порядок, ухожена, и видно, что собственник заботится о своей собственности, содержит ее в надлежащем виде, и вторая квартира, в которой трещины на потолке и так далее, и ее собственница или нанимательница (не знаю, кто была эта женщина) недовольна своей квартирой и рассчитывает на улучшение. Наверное, подавляющее большинство тех, кто хочет сноса.

Вообще вот это – "хочу, чтобы мой дом снесли" – смешно слушать, не опираясь на техническое состояние дома, на его ремонтопригодность и потенциальные возможности. А я уверена, что при надлежащем уходе такой дом гораздо лучше по качеству, чем то, что строят сейчас. Я сама живу в доме плохого качества, в новостройке, поэтому знаю, о чем говорю. И сколько судов мы прошли с застройщиком. Люди не понимают, что бремя собственности, которое они берут на себя, не только дает им права, но и накладывает определенные обязанности – содержать свою собственность. Это и есть конфликт интересов в одном и том же доме, в одном и том же подъезде, а подчас даже в одной семье.

Тот раздор, который внесен сейчас в общество, – это ужасно!

И тот раздор, который внесен сейчас в общество, – это ужасно! Когда моя знакомая, которая живет в пятиэтажке и была включена в первичный перечень, попыталась что-то объяснить людям (причем не агрессивно, а просто дала почитать этот закон, объяснила, что в нем написано), она просто наутро обнаружила свою входную дверь измазанной фекалиями. Там доходит до мордобоя, чуть ли не до смертоубийства. Это явно не на пользу, тем более в предвыборный год. Это какой-то страшный социальный эксперимент!

А относительно защиты имущественных прав… Все почему-то пускаются в изучение Жилищного кодекса, но если мы говорим о частной собственности, то это не регулируется Жилищным кодексом, он регулирует только вопросы, относящиеся к общему имуществу многоквартирного дома, но не к частной, индивидуальной собственности. Это вообще Гражданский кодекс, в том числе, 209-я статья. Поэтому решать общим собранием – это как в известном фильме "Собачье сердце", когда приходит Швондер и говорит профессору: мы решили вас уплотнить, вы будете кушать не в столовой, а на кухне, и там же у вас будет кабинет. Мы это уже проходили, это очень опасный социальный эксперимент.

Марьяна Торочешникова: А действительно ли люди взамен своего нынешнего жилья получат полноценное, хорошее жилье в том же районе? В законе вообще что-то написано про эти районы? А главное, для чего понадобился сейчас такой закон, если действовала (и, по-моему, ее до сих пор никто не отменял) лужковская программа переселения из ветхого и аварийного жилья? Она работала, и люди из хрущевок переезжали в какие-то новые дома.

Александра Андреева: Фактически выселить людей можно из любого дома. Да, там есть нормы: расселению, по закону о реновации, подлежат только дома первого периода индустриального домостроения, под которыми понимаются дома, построенные из типовых деталей по проектам, разработанным с 1957 по 1968 год.

Марьяна Торочешникова: Да, но в сюжете-то дом 1931 года!

Фактически выселить людей можно из любого дома

Александра Андреева: А все такие дома, которые, по этой собянинской фантазии, хотят включить в список реновации, нужно выбивать из этого списка, именно основываясь на федеральном законе: только типовые дома. А дальше в законе идет совершенно дивный пункт: "А также дома, аналогичные им по конструктивным характеристикам". Вот это что? Что за конструктивные характеристики? Например, в период с 1957 по 1968 год дома строили из кирпича, панелей и блоков.

Там еще должны быть дома не выше девяти этажей. Означает ли это, что любой дом, кирпичный, панельный или блочный, аналогичен тому дому первого периода индустриального домостроения? А кто его знает: может, аналогичен, а может, и нет. Это полная правовая неопределенность!

Куда предлагают переселять граждан? Для старой Москвы – действительно, в пределах своего района. Для Новой Москвы и Зеленограда – в пределах округа. Единственное, что при этом обещают гражданам, – что у них будет столько же комнат, что у них будет такая же жилая площадь и общая площадь больше той, что была.

Марьяна Торочешникова: А в чем смысл в этой реновации, если у человека не сильно изменятся условия, если он из старой хрущевки, в которой жилая площадь была 32 квадратных метра, переедет в такую же собянинку в 32 квадратных метра?

Александра Андреева: Для человека – мало в чем. Смысл есть для застройщиков. Как любят кричать чиновники во главе с Собяниным (этим особенно отличается главный архитектор Кузнецов и руководитель Москомархитектуры Княжевская), у нас в районе пятиэтажной застройки очень неплотная застройка, десять тысяч квадратных метров на гектар. На самом деле это хорошая, уютная, комфортная для жизни площадь. Это пятиэтажные дома, соразмерные человеку, большие зеленые дворы, возможность парковки.

Плотность застройки хотят увеличить примерно в два с половиной раза

Плотность хотят увеличить где-то в два с половиной раза. То есть на той же территории у вас будет в два раза больше людей и в два раза больше машин. Что произойдет с зеленью – это вообще катастрофа, ведь сейчас в районе пятиэтажной застройки растут деревья, которым 50-60 и больше лет, это большие деревья, чья молодость пришлась на экологически чистую ситуацию, то есть они росли в нормальной обстановке, когда еще не было такого загрязнения, и сейчас они достигли пика экологической эффективности: они здоровые, не болеют, у них максимальная зеленая масса.

Марьяна Торочешникова: И теперь они все попадут под бульдозер!

Александра Андреева: В некоторых районах планируют вырубить до четверти зеленых насаждений, и просто физически не будет места, чтобы посадить вместо них деревья. На тех оставшихся кусочках глины, которые сохранятся после этого уничтожения города, будут воткнуты прутики, которые в такой экологической ситуации, как сейчас, приживаются намного хуже, да и качество саженцев хуже.

Александра Андреева: Кроме того, качество ухода у нас, к сожалению, отвратительное. Смертность посадок в некоторых местах достигает 90%.

Марьяна Торочешникова: Словом, этот закон нарушает и экологические права граждан.

Это будет экологическая катастрофа!

Александра Андреева: Это будет экологическая катастрофа! Кроме того, из малоэтажных уютных домов (да, возможно, без лифта и мусоропровода) люди переедут в высотные башни, которые будут строить без соблюдения санитарных, противопожарных и прочих норм. Тут я хочу напомнить гражданам о том, как горела высотка на Профсоюзной, и о том, как горела высотка в Лондоне, и о том, что на всю Москву всего две пожарные машины, которые достают до 16-го этажа, и те базируются то ли в Подольске, то ли в Коломне, а остальные достают только до шестого. Жить люди будут фактически в картонном доме, потому что качество строительства… Опять же, по этому новому закону можно игнорировать любые строительные нормы, в том числе, СНИПы. то есть стены картонные, лифты ломаются, в окнах щели, из стен дует, проводку заливает. С видом на соседнюю башню… В школы, детские сады и поликлиники вы не попадете. Про парковку вообще забудьте.

Марьяна Торочешникова: Вы рисуете картинку современного апокалипсиса! Почему же тогда люди все это поддерживают?

Алина Енгалычева: Люди просто хотят улучшить свои жилищные условия на халяву, при том, что мы сейчас находимся в рыночных отношениях, и те, кто хочет улучшить свои жилищные условия, имеют все возможности. Человек может продать квартиру и купить другую в том месте, где ему больше нравится. Но это хлопотно и может потребовать еще каких-то дополнительных затрат. Вот единственная причина. Это отмечают даже статагентства, проводящие анализ различных соцсетей и комментариев, которые там публикуют эти люди, желающие сноса.

Алина Енгалычева

И по поводу того, аварийное или не аварийное жилье. Этот термин "реновация" существует в московском законодательстве с 2011 года: в упомянутой действующей программе "Жилище" есть подпрограмма "Реновация", которая подразумевает совсем иной смысл: там в этот термин вкладывается понятие об индивидуальном подходе к каждому дому, в зависимости от его технического состояния.

Марьяна Торочешникова: Инспекция, оценка, а потом…

Люди просто хотят улучшить свои жилищные условия на халяву

Алина Енгалычева: …либо капитальный ремонт, либо снос, если это аварийное жилье, либо реконструкция. Сейчас в этот термин "реновация" закладывается совершенно иной смысл – это просто тотальное уничтожение, независимо от технического состояния. И это ставится в зависимость исключительно от желания или нежелания некого большинства. Это дикость! И в эту программу, которая продолжает действовать, как раз входит все, что касается аварийных домов. В нынешнем принятом законе четко прописано, что он не распространяет свое действие на аварийное жилье.

Марьяна Торочешникова: То есть сейчас потратят безумные деньги на то, чтобы снести дома, которые еще могут простоять сколько-то лет, а в это время люди, которые живут в домах, где потолок того и гляди упадет на голову, так и останутся жить там?

Алина Енгалычева: Да! Более того, в сети появился некий протокол заседания мэрии Москвы. датированный 30-м марта, то есть это было еще до первых слушаний закона, и там четко расписаны все действия и ответственные за них, там есть план-график в виде приложения к этому протоколу, кто что должен сделать. И мэрия Москвы ни на один шаг, ни на один сантиметр не отступила от этих планов. Поэтому спектакль, разыгранный с этими голосованиями, с учетом мнения, которое после митинга 14 мая было обещано мэром Москвы, это все, конечно, полная ерунда! Никто не собирался учитывать ничье мнение, там все четко прописано. Там, например, цинично прописано, что перечень домов создается из «бесконфликтных адресов».

Марьяна Торочешникова: Наверное, смотрели, насколько там активные товарищества собственников жилья, есть ли они там вообще, каков уровень жизни людей, живуших в этом доме, насколько они готовы отстаивать свои права.

Никто не собирался учитывать ничье мнение

Алина Енгалычева: Да. Также там написано, что будут задействованы ТПУ, транспортно-пересадочные узлы, которые сейчас массово реализуются. В составе ТПУ предусматриваются многоквартирные дома, то есть это фактически жизнь на вокзале. И в этом протоколе отражено, что эти дома, которые будут там выстроены, будут задействованы для переселения по программе реновации.

Марьяна Торочешникова: Посмотреть этот протокол можно в интернете, с подробными комментариями.

Вот Алина сказала, что сейчас каждый человек, если хочет, может заняться улучшением своих жилищных условий по правилам рынка. И многие так и сделали – например, взяли в банке ипотеку на 25 лет. Они брали кредиты под конкретную квартиру, чтобы жить в конкретно этом районе, и эта квартира принадлежит даже еще не им, а банку, пока ипотека не выплачена. Дом сносят – и что?

Государство ополчилось на собственников и предлагает с помощью "коммунальной демократии" решать вопросы распоряжения чужим имуществом

Станислав Станкевич: Здесь парадоксальная ситуация: вот этими нововведениями, которые содержатся в законе о реновации, предполагается автоматически заменять один объект на другой.

Марьяна Торочешникова: А как это можно заменить, если договор составлен на конкретное жилье?

Станислав Станкевич: Допустим, собственник купил квартиру на пике за 300 тысяч долларов. Человек платит свою ипотеку, и купил он квартиру ради конкретного места. Сейчас ему предлагается три варианта. Первый вариант – равнозначность, то есть тот же метраж без какого-либо улучшения, но только в многоэтажном доме в неозелененном районе, построенном с позволенными правительством Москвы отступлениями от действующих технических, санитарных и пожарных нормативов. Это означает просто перенести свои метры в другое место с ухудшением состояния и стоимости.

Здесь нарушаются не только имущественные права, право собственности, но и право выбора места жительства, право на свободу проживания в том месте, где ты сделал ремонт, за который тебе никаких компенсаций не полагается (ну, может быть, прибавится два-три метра, но общей, а не жилой площади). И сейчас, как мы знаем, разрабатываются именно такие проекты домов, чтобы там метраж не сильно отличался от того, которым обладают нынешние собственники квартир в расселяемых домах.

Второй вариант – вам предлагают равноценность. Вот у вас есть квартира в пятиэтажке (и не обязательно в пятиэтажке: мы знаем, что сейчас очень много и девятиэтажек выносится в качестве претендентов на снос так называемыми инициативными группами граждан, желающих переехать). Вот вы купили свою квартиру за 300 тысяч. У правительства Москвы есть свой оценщик, который, разумеется, оценит то помещение, которое будет вам предоставлено, так, как ему надо, причем здесь уже нет указания, в каком районе это должно быть. Собственник может быть лишен своей собственности, согласно Конституции (35-ой статье), только по решению суда и при выполнении условия предварительного и равноценного возмещения.

Марьяна Торочешникова: И в этом случае, наверное, больше повезет тем, кто взял ипотеку, потому что это собственность банков, и там уже банковские оценщики будут торговаться с оценщиками правительства Москвы.

Забудьте про стоимость жилья и езжайте в бетонную коробку на окраине вашего района, на 22-м этаже без лифта

Александра Андреева: Людям не повезет, потому что в законе гражданам по умолчанию предлагается выбор из трех вариантов – равнозначное жилье, равноценное или денежное возмещение, но если у вас на квартире есть какие-то обременения, то есть ипотека, залог или еще что-то, если у вас в квартире проживают несовершеннолетние или недееспособные люди, то вы можете получить только равнозначную квартиру. Забудьте про стоимость и езжайте в бетонную коробку на окраине вашего района, на 22-м этаже без лифта.

Марьяна Торочешникова: А есть ли смысл в этой ситуации обращаться в суды?

Станислав Станкевич: У нас вот при Лужкове росли, как грибы, торговые центры у метро, которые при новом градоправителе отправились под снос в "ночь длинных ковшей". У многих право собственности было оформлено, даже решениями суда. Они выдавались с нарушением технических норм, и разрешение давалось московскими властями.

Марьяна Торочешникова: Получается, что если, скажем, через десять лет в Москву придет новый градоначальник, и часть домов уже снесут, то новый скажет: "Эта программа никуда не годится, тут нарушается все, что только можно, давайте снесем все, что понастроили, иначе мы все сгорим".

Нарушаются не только имущественные права, но и право выбора места жительства, право на свободу проживания в том месте, где ты сделал ремонт

Станислав Станкевич: Да.

Александра Андреева: Да. И люди пойдут на улицу по очень простой причине: этот "дивный" закон о реновации разрешает вести строительство без выделения земельных участков. Это юридический абсурд, потому что базой любой недвижимости является земля!

Александра Андреева

Марьяна Торочешникова: Это то, из-за чего сейчас часто судятся так называемые обманутые дольщики: им застройщик продал квартиры в доме, который начали строить, не собрав полный пакет документов, а потом администрация говорит: "земля наша, сносите дом, все незаконно".

Александра Андреева: И все, и выметайтесь на улицу без компенсаций и без нового жилья.

Станислав Станкевич: Закон о реновации правильнее, наверное, назвать законом о дозволении нарушать законы!

Александра Андреева: Законом об отмене законов!

Станислав Станкевич: Значит, при потере Сергеем Собяниным доверия (как потерял доверие и его предшественник) нас ждут новые "ночи длинных ковшей", когда вот эти бетонные новостройки отправятся на свалку истории. Поскольку, скорее всего, они будут построены ниже себестоимости, как предлагал застройщик, и с отступлениями от технических норм, то они очень быстро, еще быстрее пятиэтажек превратятся в аварийное жилье. И, конечно, их придется сносить.

Марьяна Торочешникова: Вот в советские времена люди платили взносы на капремонт, потом приняли закон о капремонте, и люди платили деньги (и для многих – немаленькие) – взносы на капремонт. Теперь им говорят: мы вас сносим, вы можете не платить. А куда делись деньги, которые собирались и в советские времена (и дом не ремонтировался), и сейчас? Эти же деньги каждого собственника, который платил. Ему их вернут?

Алина Енгалычева: Никто никому ничего не вернет! То, что мы платили в советское время, после 1991 года перешло в обязанность государства провести за свой счет первый капитальный ремонт. Собственники должны были нести бремя содержания уже после проведения первого капремонта. Это не сработало. Дальше приняли закон о капитальном ремонте. Многим зарубили спецсчет, все пошло в общий котел. Сейчас в законодательстве четко написано: те деньги, которые поступали в этот самый общий котел, в Фонд капитального ремонта в Москве, пойдут на программу реновации.

Я копила деньги на отдых в Париже, а мне говорят: нет, лучше мы всем подъездом поедем в Воркуту!

Марьяна Торочешникова: Но если я не хочу? Я копила деньги на отдых в Париже, а мне говорят: нет, лучше мы всем подъездом поедем в Воркуту!

Алина Енгалычева: Совершенно верно! И вот в эту Воркуту вы поедете всем подъездом по решению двумя третями. Эти деньги пойдут на снос домов, на строительство новых домов, на что угодно.

Марьяна Торочешникова: А судиться за эти деньги бесперспективно?

Алина Енгалычева: У нас в Жилищном кодексе четко прописано, что эти деньги целевые, и они на капитальный ремонт. Но те поправки, которые сейчас внесены, дозволяют пустить эти деньги на реновацию.

Марьяна Торочешникова: И это тоже касается всей страны, а не только Москвы?

Алина Енгалычева: Нет, пока Москвы. Но смотрите, что получается. Будут вноситься изменения в программу капитального ремонта. Ведь все те дома, которые сейчас войдут в программу реновации под снос, внесены в региональную программу капитального ремонта, и они должны ремонтироваться, как правило, в ближайшие годы – 2018-й, 2019-й.

Марьяна Торочешникова: Более того, я знаю людей, у которых капитальный ремонт только что прошел, а их дом попадает под снос!

Алина Енгалычева: И вот эти дома, которые будут внесены в программу реновации, будут исключены из программы капитального ремонта. Теперь смотрите, какой получается красивый ход. Дома по этой региональной программе были туда внесены, значит: а) они были признаны ремонтопригодными, и б) было признано, что этот ремонт им необходим именно в эти годы. Теперь получается, что их оттуда исключают, когда будут сносить – неизвестно, потому что снести более четырех с половиной тысяч домов быстро не получится, программа растянута на 20 лет.

Эти дома, которые прямо срочно нуждались в капремонте, были внесены в программу на 2018-19 годы, и они остаются без ремонта. И сносить их в первую очередь не будут. Значит, эти дома будут доведены до степени аварийности, поскольку они будут лишены того капитального ремонта, который им необходим. И мечтателей об улучшении своих жилищных условий будут переселять даже не по этому закону, а по программе переселения из аварийного жилья, если она еще будет действовать.

Марьяна Торочешникова: И что делать? Может ли тут помочь человеку идеальный, беспристрастный судья, знающий закон? Есть ли вообще смысл обращаться в суд?

Закон о реновации правильнее назвать законом о дозволении нарушать законы!

Станислав Станкевич: Учитывая то, что это неправовой способ, независимо от того, что записали в законе… Там записаны парадоксальные вещи: если вы не подпишете договор, выбрав из тех вариантов, которые вам предлагаются. Правительству что-то надо от собственника, и правительство хочет само оценивать равноценность или предлагает деньгами. Моя первая рекомендация – не подписывать ничего! Вот пусть вас выселяют исключительно по суду, а не добровольно, если вы не согласны с этим условием. Смею вас уверить, что таких судебных решений по Москве будут не тысячи, а десятки тысяч (я вижу настрой). И это все перспектива для массовых обращений в Европейский суд по правам человека, для получения адекватных компенсаций.

Марьяна Торочешникова: И в Конституционный суд?

Станислав Станкевич: Ну, в Конституционный суд уже сейчас есть обращения, в том числе, от моих коллег, "Штаба защиты москвичей". от общественного объединения юристов.

Марьяна Торочешникова: То есть за то, что правительство Москвы захотело сделать всю эту перестановку, платить будут все налогоплательщики! На Олимпиаде потренировались.

Станислав Станкевич: Здесь совершенно другое. Олимпиада – это, как и строительство федеральных трасс, исключительный способ изъятия имущества в государственных и муниципальных нуждах. Здесь государство не может сказать, что это для какого-то государственного, общественного интереса. Вот то самое голосование, которое правильнее назвать коммунальной демократией и которым предлагалось определить судьбу имущества собственников, – уже эта процедура, введенная столичными нормативными актами и подтвержденная этим законом о реновации, говорит о том, что власти сами же и подставились: это никакая не суровая необходимость, это блажь!

Моя первая рекомендация – ничего не подписывать!

Итак, первая рекомендация. Если вы кардинально не согласны с теми вариантами, которые вам предлагают, добровольно ничего не подписывайте. Парадоксальная ситуация: в законе о реновации предполагается, что если за 90 дней после прихода письма с неким проектом договора вы отказываетесь подписывать его, то правительство Москвы вправе подать в суд, причем не только для того, чтобы безосновательно изъять у вас вашу собственность, но и для того, чтобы насильно вручить вам другое помещение, на которое вы не согласны. Это уже не просто уродование базовых правовых принципов, а уродование в квадрате. Я вас уверяю, что в Москве найдется значительное число собственников, которые не согласятся на этот вариант, будут судиться и получать компенсации.

У нас же один чиновник предложил не абсолютизировать собственность, хотя это абсолютное право, другой предложил пересмотреть итоги приватизации, посетовав, что гражданам вообще дали право собственности на квартиры. Я думаю, что это уже более общий вопрос, что в России про право собственности вообще можно забыть! Нас всех предлагают сделать какими-то номинальными держателями прав. И закон о реновации еще предполагает, что будут насильно лишать записей в реестре.

За то, что правительство Москвы захотело сделать эту перестановку, платить будут все налогоплательщики!

Марьяна Торочешникова: Без вас все поменяют в электронном виде – и все.

Станислав Станкевич: Да! Улучшит ли это инвестиционный климат? И как власти смотрят на то, что это затронет, в том числе, и иностранных собственников?

Марьяна Торочешникова: А что делать, если не ходить в суды, до судов?

Александра Андреева: Вот Стас говорит о том, что делать в финальном варианте, когда вам уже прислали договор – выметайся в другое место. Сейчас, пока программа еще не сформирована, наша задача – выбить из нее как можно больше домов. Это гидра сейчас попытается съесть слишком много, и любое ваше сопротивление повышает вероятность того, что гидра от вас отстанет. И вот чем больше вы сопротивляетесь вместе с вашими соседями, тем больше у вас шансов отбиться. Первое – это массовые письма. Если вы каким-то образом узнали, что у вас якобы проведено общее собрание собственников, вы решительно пишете (конкретная инструкция лежит у меня на сайте stilett-1.livejournal. com ) во все инстанции, что никакого общего собрания собственников не было, и не сметь включать нас в программу реновации. Пишем в Мосжилинспекцию, в мэрию, в прокуратуру. Управа, ГУИС – там просто запросить документы. Если ваш дом строился по индивидуальному проекту (а это почти все дома до 1957 года и часть домов после), то вы пишете, что ваш дом не соответствует федеральному закону, поскольку там только типовые дома, и в программу быть включен не может, что вы – собственник, и вы категорически против, согласие не давали.

Марьяна Торочешникова: Письма помогут?

Александра Андреева: Если они будут массовые, я думаю, что за индивидуальные дома мы сейчас устроим большую драку. С типовыми будет сложнее, но в некоторых случаях они действительно плохие. Но если у вас типовой дом, и вы не согласны, то вы просто пишете: я – собственник, я не согласен, не сметь меня трогать! И таких индивидуальных писем от собственников должно быть много. Если даже ваш дом стоит в каком-то предварительном списке, нигде не написано, что он автоматом попадет в программу. Мы прекрасно понимаем, что в программу попадут дома на "вкусных" местах, а вопрос "вкусности" места включает бесконфликтность. Если в доме конфликтные жители, то чем больше вы возмущаетесь, тем больше вероятность того, что от вас отстанут.

Новые дома будут строиться без формирования земельных участков

Алина Енгалычева: Я не очень верю в письма. По Жилищному кодексу у нас в стоимость объекта должна быть включена стоимость общего имущества, а именно – земельного участка. Наши земельные участки сейчас не внесены в кадастр, от нас скрывают первичные документы, и я бы посоветовала людям постараться их достать. Новые дома будут строиться без формирования земельных участков. Кроме того, те проекты межевания, на которые были потрачены миллиарды бюджетных рублей, о которых так много кричали, – вот это все отменяется. Проекты планировки отменяются, и проекты межевания отменяются. Даже те дома, которые, казалось бы, путем проведения собраний и голосований как бы вышли из программы реновации, все равно окажутся в чистом поле, поскольку будет отменен проект планировки территории, что указано в законе, и вот этот современный проект межевания. Проект планировки территории у нас разрабатывался при строительстве на единицу проектирования – квартал либо микрорайон – и, соответственно, если будет отменяться проект планировки, то он будет отменяться на весь квартал. Поэтому те отдельные дома, которые как бы вышли из программы реновации, при отмене проекта планировки территории на весь квартал окажутся в чистом поле. При получении первичных документов у вас хотя бы будут какие-то доказательства того, что ваш дом – не самострой.

Марьяна Торочешникова: И с этими документами можно уже потом пойти в суды.

Алина Енгалычева: И если кому-то все это удается, и происходит оценка квартиры с учетом земельного участка, то ее цена резко возрастает. Предположим, ваша стоимость квартиры увеличится в два раза и превратится в такую сумму, что пусть вам город ее выплатит, а вы сами купите себе все, что вам надо!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *